Марго когда-то была одной из самых перспективных пианисток своего поколения. Её пальцы легко находили самые сложные мелодии, а критики уже предсказывали ей большое будущее. Но в какой-то момент она просто остановилась. Ради Фурио. Ради того, чтобы быть рядом с человеком, который тогда казался ей самым важным на свете. Она сложила ноты в ящик, отдала рояль и начала жить другой жизнью.
Теперь они вместе уже много лет. Дом старый, с высокими потолками и потрескавшейся штукатуркой. Фурио взялся за его реставрацию почти сразу после того, как они сюда переехали. Он говорил, что хочет вернуть дворцу прежнее дыхание, чтобы стены снова помнили музыку и смех. Марго сначала поддерживала эту идею. Ей нравилось наблюдать, как он работает: сосредоточенно разводит краски, осторожно снимает слои старой штукатурки, ищет в архивах фотографии, какими были эти комнаты сто лет назад. Но годы идут, а дворец словно сопротивляется. То осыпается лепнина, то ломается редкая деталь, которую невозможно найти, то вдруг выясняется, что фундамент требует серьёзного укрепления. Каждая новая проблема отнимает у Фурио всё больше времени и сил.
Марго смотрит на него и понимает: он уже не тот мужчина, который когда-то заставлял её сердце биться быстрее одной только улыбкой. Он устал. Очень устал. А она сама давно живёт в странной тишине. Музыка, которая когда-то была её воздухом, теперь звучит только в голове - короткими, навязчивыми обрывками мелодий, которые приходят ночью и не дают уснуть. Иногда она садится за старенькое пианино, которое так и стоит в углу гостиной, но пальцы касаются клавиш неуверенно, словно чужие. Всё, что она играет, выходит скомканно, будто кто-то другой пытается вспомнить её собственную жизнь.
Они почти не разговаривают о главном. О том, что любовь, ради которой она отказалась от сцены, теперь держится на тонких ниточках привычки и общего дома. О том, что Фурио уже не верит, что когда-нибудь закончит эту реставрацию. О том, что Марго иногда ловит себя на мысли: а что, если бы она тогда не ушла из музыки? Но эти вопросы остаются невысказанными. Вместо них - короткие фразы за ужином, планы на завтра, обсуждение очередной протечки на чердаке.
Иногда по вечерам, когда Фурио засыпает в кресле с книгой по архитектуре на коленях, Марго тихо подходит к пианино. Она не играет громко. Лишь несколько нот, едва слышных. Это её маленькое сопротивление. Маленький способ напомнить себе, что внутри всё ещё живёт та девушка, которая когда-то выбирала между роялем и любовью. И хотя она давно сделала выбор, мелодия всё равно возвращается - упрямая, навязчивая, как ритм, который невозможно выкинуть из головы.
Читать далее...
Всего отзывов
9